Цитата(_Y_ @ 2.4.2007, 18:11  ) | А вот это для меня новость. Уточните, пожалуйста, кем и когда.
|
Лучше приведу некоторые цитаты.
| Цитата |
Даже если эти газы и оказывают какое-то воздействие, оно должно быть незначительным. Ведь, в конце концов, считается, что разрушает молекулы озона их хлорная составляющая. Однако при разложении хлорфторуглеродов высвобождается лишь 7500 тонн хлора в год, тогда как при испарении морской воды его образуется 600 миллионов тонн, а при извержениях вулканов — 36 миллионов. Более того, действие хлора на озон проявляется в том, что молекулы озона разлагаются на молекулы кислорода, и требуется лишь присутствие ультрафиолетового излучения, чтобы кислород снова превратился в озон.
|
| Цитата |
Основную часть ультрафиолета поглощает обычный -- двухатомный -- кислород _при образовании_ озона -- трёхатомного. И это поглощение, естественно, практически не зависит от концентрации _уже образовавшегося_ озона. Строго говоря, в какой-то мере зависит: чем меньше озона, тем больше кислорода и тем больше поглощение. То есть в рамках логики эколожества фреон должен _улучшать_ защиту Земли.
Правда, некоторые фракции ультрафиолета поглощаются и самим озоном. Но эти фракции, насколько мне известно, далеко не самые вредные для кожи. Да и поглощает их озон не только в верхних слоях атмосферы, но и всюду, где он образуется, а фреон, по эколожеским заклинаниям, опаснее всего именно в верхних слоях атмосферы, где поглотителей хлора, выделяющегося при его распаде, маловато.
Впрочем, всё это -- мелочь пузатая по сравнению с главной тайной озоновых дыр: они _неизбежно_ и _независимо_ от существования фреонов образуются _каждую_ полярную зиму.
Озон, как известно, неустойчив и довольно быстро распадается даже в отсутствие хлора или других катализаторов распада. Чтобы его концентрация была стабильна, необходимо _постоянное_ образование новых трёхатомных молекул. Для этого нужно _постоянное_ облучение двухатомных молекул ультрафиолетом.
Основной источник ультрафиолета на Земле -- Солнце. На протяжении нескольких месяцев полярной ночи в неосвещённых районах новому озону взяться неоткуда, и распад старого ничем не компенсируется. Соответственно к концу полярной ночи снижение концентрации озона в верхних слоях атмосферы становится заметно для наземных спектрометров и прочих измерительных приборов.
В Арктике этот эффект в значительной мере компенсируется притоком свежего озона с ветрами из более низких широт. Антарктический же купол зимой окружён вихревой циркуляцией, заметно ограничивающей этот приток. Поэтому в Арктике эффект зимней озоновой дыры почти незаметен, а в Антарктике по мере роста чувствительности приборов его удалось выявить.
Выявили, кстати, довольно давно -- по меньшей мере за пару десятков лет до Монреальского протокола. Истерика же началась в аккурат после разработки в "Дюпоне" сравнительно пристойной технологии производства бесхлорных фторуглеродов. До того фирма, занимавшая изрядную долю мирового фреонового рынка, и слышать не хотела о какой бы то ни было гипотезе опасности этих -- и впрямь совершенно невинных -- соединений.
Сейчас выброс фреонов в атмосферу сократился чуть ли не на пару порядков по сравнению со счастливыми домонреальскими временами. И стало ясно, что озоновые дыры -- как и следовало ожидать -- никуда не денутся.
Поэтому наёмные метеорологи срочно изобретают новые теории. Мол, пока последняя молекула фреона не исчезнет из атмосферы, ни на какой положительный эффект и надеяться нечего. Мол, хлор, оставшийся от распада фреонов, ещё долгие годы будет отравлять атмосферу (то, что всё мировое производство фреонов ежегодно потребляло на много порядков меньше хлора, чем выбрасывается любым извержением вулкана, было забыто ещё при сочинении Монреальского протокола). Хотя если бы хлор и впрямь ни с чем не связывался так долго, он бы и на распад озона влиял несравненно меньше, чем написано в эколожных публикациях. И так далее. Интересно, что придумают агенты "Дюпона" ещё лет через двадцать, когда станет окончательно ясно, что Монреальский протокол увеличивает концентрацию не озона в атмосфере, а только золота в дюпоновских сейфах?
Я всегда интересовался экологией. И знаю немало серьёзных достижений в этой сфере. Но прикрывать этими реальными достижениями многоступенчатые финансовые махинации вроде Монреальского или Кётского протокола -- по меньшей мере шарлатанство, а скорее всего откровенное мошенничество. И чем скорее мы забудем эти чудовища, порождённые сном научного разума, тем легче нам будет жить.
Желающих опровергнуть всё вышесказанное прошу для начала привести ссылки на Нобелевские премии, присуждённые за опровержение общеизвестных сведений, на основе которых проведены мои рассуждения. Пока же это не сделано, остаюсь при прежнем мнении. Новый прогноз вновь доказывает: Монреальский протокол о запрете фреонов преступен, и все, кто всё ещё пытается сделать вид, что от него можно ждать хоть малейшей пользы -- соучастники преступления.
|
| Цитата |
Пару десятков лет назад сезонное снижение концентрации озона над Антарктидой стало предметом шумного внимания СМИ всего мира. Главными виновниками были скоропостижно признаны фреоны — хлорфторуглероды, благодаря летучести и химической инертности нашедшие в технике сотни применений: от пожаротушения в автомобилях и танках до распыления аэрозолей из баллончиков, от холодильных агрегатов до промывки электронного оборудования.
Экологичные химики объяснили, что распад трёхатомных — озоновых — молекул кислорода на обычные двухатомные резко ускоряется под воздействием хлора. По их подсчётам, каждый атом хлора способен до того, как свяжется в какие-то устойчивые соединения, развалить порядка миллиарда молекул озона. А молекулы фреонов, попав в озоновый слой, распадаются с выделением именно атомарного хлора.
Правда, некоторые подробности красивая теория не объясняла:
!=! Хлор добывают не только из фреонов, как изюм — не из одних булок. В частности, вулканы ежегодно выносят его в атмосферу во многие миллионы раз больше, чем содержалось во всех фреонах, производимых за тот же срок всей промышленностью земли. Да и в промышленности хлор производится — и, к сожалению, выбрасывается в атмосферу — множеством отраслей, среди которых фреоновая — далеко не самая мощная.
!=! Чем тяжелее молекула, тем быстрее падает её концентрация с высотой. Поэтому доля фреонов в озоновом слое ещё во много раз ниже, чем в нижней части атмосферы — следовательно, и их роль в распаде озона ещё гораздо меньше.
!=! Снижение концентрации озона наблюдалось в месте, максимально удалённом от основных источников фреоновых выбросов — Антарктиде. Причём снижение это было не постоянным, а сезонным. Правда, картину атмосферной циркуляции, объясняющую такое несоответствие распределений самих фреонов и их предполагаемых последствий, удалось выстроить. Но степень её соответствия остальным метеорологическим данным низковата даже по меркам самой метеорологии.
!=! Фтор химически активнее хлора. Поэтому он высвобождается из сложных соединений намного труднее, а включается в них быстрее. Но всё-таки за время свободного существования в озоновом слое он должен был бы — вследствие той же активности — влиять на озон ничуть не менее разрушительно, чем хлор. Но экологисты целиком сосредоточились на пагубности хлора, изобилующего в атмосфере независимо от фреонов. А вот фтор, попадающий туда почти исключительно из этого источника, не упрекали.
Впрочем, последняя странность разъяснилась довольно быстро. На роль заменителя фреонов были предложены именно бесхлорные фторуглеводороды. И довольно скоро международная конвенция утвердила это предложение. Фторуглеводороды стали продвигаться всей мощью политиков.
|
|
. С двадцатого где-то раза пробило меня на прочитать подпись. Оказалось реклама в защиту животных, из (или с?) которых делают мех. Задался вопросом - а кто оплатил время этих моделей, да и саму рекламу? Выяснить оказалось несложно - производители искусственного меха-тканей. 
Пожалуй проведу для себя другую границу. Не буду есть людей. Пожалуй еще обезьян мне почему-то не хочется 
3)Обсуждаем только Гринпис и мы с Вами спорим 
Дайте ссылочку, пожалуйста 
Второй же скачок - фармацевтика.
)